Мда… дисциплина в армии – это штука важная. Куда ж армия и без дисциплины? Израильская армия – не исключение. Существует несколько принципов, на которых базируются отношения тирона с командованием.
Первый принцип именуется в народе Distance. Это значит, что командир – он вам не хухры-мухры, его нужно бояться и уважать. И все его приказы надобно немедленно выполнять. А если не выполнишь, тогда держись. Тогда тебя немедленно запишут в блокнотик нарушителей, не больше, не меньше! А это тирона очень пугает. Он только попытается сотворить какую-нибудь гадость, тут же ему «Эй, а я всё вижу! Блокнотик-то уже открываю! В конце недели всех нарушителей вспомним!». А ведь конец недели связан со святым для любого солдата событием – выходом домой, на выходные.
И всё, тирон тут же дрожит и слушается. Страшная сила этот блокнотик. Правда только первую неделю. Потому что тогда ещё никто не знает, что бывает в конце недели с теми, кто в блокнотике. Начиная со следующей недели все уже знают секрет: с ними ничего не бывает. Нет, ну иногда конечно тирона оставят на базе несколько лишних часов, когда все уже домой поедут. Но это не про нас, это про тех фраеров, которым в центральном призывном пункте не сиделось. У нас же нарушители прощались обычно. Хотя был один несчастный, которого вообще на выходные на базе оставили. Уже не помню за что. Может подрался с кем…
Вы спросите: «А как же стандартные армейские наказания? Ну там, упал-отжался и всё такое…» Видите ли, мы ведь люди очень хрупкие. Был вот один такой тирон, его за поведение гоняли по кругу, мол, беги туда, беги сюда. А ему всё это надоело, он взял и умер всем назло. Сердце, говорят, не выдержало. Такие вот дела… С тех пор запретили на курсах нашего уровня так над тиронами измываться. А чтоб совсем не распоясались, вот блокнотик придумали.
Ходят слухи, что на многих базах уже опять физическое наказание ввели. Да только нам с вами это совсем не интересно. Мы туда точно не хотим.
А вот, кстати, ещё случай вспомнился. Совсем недавний. На одной базе тоже тиронов гоняли, отжиматься на кулачках заставляли. И одному тирону это так не понравилось, что он взял да и накатал телегу на своих командиров. И послал её куда надо, «наверх». А «наверху» сидел и скучал тот тип, в обязанности которого как раз входит такие жалобы читать и нарушителям по рогам давать. Обычно этот тип ничем не занимается, а это очень тяжёлый труд, сами понимаете. Поэтому он с радостью решил для смены обстановки заняться выполнением своего долга со всей серьёзностью. В результате половина командования на той злополучной базе угодила в тюрьму за превышение полномочий. Вот такие вот дела, а вы говорите «упал-отжался»…
Одежда у командиров тоже не простая. Все они носят специальные distance-кепки. Это обычные кепки, только опущенные до самого носа. Так никто не видит глаз командира, а главное, командир не видит ничьих глаз, поэтому он может свободно нести свойственные емубредовые, пардон, наполненные смыслом речи, не опасаясь, что засмеётся сам. Вы глубоко ошибаетесь, если думаете, что это легко. В других местах люди заканчивают театральный институт и играют не в одном комедийном спектакле, чтобы этому научиться. А тут, понимаешь, молодых пацанов и девчонок на такое сразу толкают…
Да, кстати, о возрасте. У нас все командиры были по 18-19 лет. Они в армии не больше полутора лет. И это неудивительно, так как всё, что нужно, это после курса молодого бойца пройти ещё один курс командиров. Так что уже через полгода можно быть полноценным командиром. Ирония в том, что мы-то все были старше, так как наш взвод состоял целиком и полностью из «академических тиронов». Но это так, к слову.
У тиронов существует особый вид спорта: ловить улыбки командиров. У нас это было совсем не сложно. Почти весь наш командирский состав состоял из девушек (забавно, правда?), а они были чувственные и мягкие. Учитывая, что даже чёрствый человек с железной серьёзностью не способен командовать в армии без смеха, наши командирши хохотали частенько. Их задача была скрыть это, вовремя отвернувшись, а наша – успеть заметить. Вот так и игрались.
По идее, командиры должны кричать на солдат. Так принято, и это считается очень важным элементом при подготовке настоящего солдата. Принято полагать, что дисциплины без крика не существует, а вот с криком – разумеется. Но израильтяне – народ добрый, поэтому всё время кричать они просто не могут. Поэтому был найден компромисс. Кричать будут, но только на курсе молодого бойца. А уж потом, когда тирон превратится в настоящего солдата, можно с ним и по-человечески поболтать. Мол, «Как жизня, чувак? Как семья? Может приказик выполнишь для меня, а? Я ж тебе, помнишь, пачку сигарет на халяву достал…»
Итак, в конце курса молодого бойца обычно проводится церемония сокращения distance. И уже назавтра те, кто орал на тебя три последних недели (а обычно даже больше, потому что курс в боевые войска длится месяцами), вежливо улыбаются. Исчезает куча формальностей, и армия ещё больше напоминает обычную работу.
Но у нас всё было несколько иначе с самого начала. Первый день на нас действительно все кричали. Но некоторых из нас, академических тиронов, это так расстроило, что мы обиделись. И тогда было решено, что кричать на нас больше не будут, а будут с нами разговаривать, как с людьми. И стало так. Ну некоторый distance, конечно, остался. Но ма-а-аленький такой. И смешной. Фраеры с других взводов жаловались, что у них не так было. У них командирами были злые мужики с каменными сердцами. Но это пусть они сами рассказывают.
Наши командирши были добрые. Одна даже была красивая. В неё кто-то из нашего взвода влюбился, но однажды увидел, как какой-то солдат выше его рангом (ну правильно, ниже тирона рангов вообще не бывает) приходил к ней в палатку, видимо, почитать Есенина и поговорить о вечном. Так что тирон этот ей так и не открылся. К тому же, она жила в другой части страны, а поездки – это очень накладно.
А жаль, девушка-то интересная была. Однажды она нам устроила сеанс релаксации. Прямо посреди стрельбища. Уложила всех солдат вокруг себя и начала медленно приговаривать: «Расслабьтесь… Закройте глаза… Подумайте о чём-нибудь приятном…» Ну и в таком духе. Помню, что лежащие вокруг меня люди решили, что вместо мыслей о приятном, лучше подремать, пока дают. Поэтому сеанс релаксации дополнялся их размеренным храпом.
Напоследок, должен вам сказать, что командиров лично мне было очень жалко. Ну посудите сами, они ведь ложатся спать после тиронов, а встают до тиронов. Это ж совсем поспать не выходит. Адский труд, честное слово…
Второй принцип, на котором держится дисциплина Израильской армии, гласит, что «Время в армии – это святое!». Вы скажете, что это противоречит тому, что я говорил в предыдущих частях об армейской пунктуальности. Никак нет! Совершенно не противоречит! Потому что не было приказа противоречить. А без приказа в армии… ну я уже говорил.
Итак, время в армии – это святое. И всё засекается по секундомеру. Поэтому если сказано заправить кровати и через 4 минуты построиться, значит так тому и быть. Опоздали на 0.29 секунды – плохо. Очень плохо. Практика показывает, что если уж опаздывать в армии, то намного. Это хорошо известно любому солдату, например, работнику столовой. Поэтому еда в столовой всегда задерживается где-то на полчаса. Но это нормально, ведь в столовой же тоже люди работают, у них бывают разные неувязки. Вообще говоря, ни одно мероприятие в армии никогда не начинается вовремя. О времени организаторы мероприятий, судя по всему, вообще не вспоминают. И это правильно, нечего вспоминать о нём всуе. Оно же святое, как никак.
Можно ещё много рассказать об армейской дисциплине, но общую идею вы, надеюсь, уловили. Поэтому пора закругляться. Как известно, именно благодаря армейской дисциплине считается, что в армии люди становятся взрослее. Отсюда легко понять, кто такой взрослый человек.
И всё, тирон тут же дрожит и слушается. Страшная сила этот блокнотик. Правда только первую неделю. Потому что тогда ещё никто не знает, что бывает в конце недели с теми, кто в блокнотике. Начиная со следующей недели все уже знают секрет: с ними ничего не бывает. Нет, ну иногда конечно тирона оставят на базе несколько лишних часов, когда все уже домой поедут. Но это не про нас, это про тех фраеров, которым в центральном призывном пункте не сиделось. У нас же нарушители прощались обычно. Хотя был один несчастный, которого вообще на выходные на базе оставили. Уже не помню за что. Может подрался с кем…
Вы спросите: «А как же стандартные армейские наказания? Ну там, упал-отжался и всё такое…» Видите ли, мы ведь люди очень хрупкие. Был вот один такой тирон, его за поведение гоняли по кругу, мол, беги туда, беги сюда. А ему всё это надоело, он взял и умер всем назло. Сердце, говорят, не выдержало. Такие вот дела… С тех пор запретили на курсах нашего уровня так над тиронами измываться. А чтоб совсем не распоясались, вот блокнотик придумали.
Ходят слухи, что на многих базах уже опять физическое наказание ввели. Да только нам с вами это совсем не интересно. Мы туда точно не хотим.
А вот, кстати, ещё случай вспомнился. Совсем недавний. На одной базе тоже тиронов гоняли, отжиматься на кулачках заставляли. И одному тирону это так не понравилось, что он взял да и накатал телегу на своих командиров. И послал её куда надо, «наверх». А «наверху» сидел и скучал тот тип, в обязанности которого как раз входит такие жалобы читать и нарушителям по рогам давать. Обычно этот тип ничем не занимается, а это очень тяжёлый труд, сами понимаете. Поэтому он с радостью решил для смены обстановки заняться выполнением своего долга со всей серьёзностью. В результате половина командования на той злополучной базе угодила в тюрьму за превышение полномочий. Вот такие вот дела, а вы говорите «упал-отжался»…
Одежда у командиров тоже не простая. Все они носят специальные distance-кепки. Это обычные кепки, только опущенные до самого носа. Так никто не видит глаз командира, а главное, командир не видит ничьих глаз, поэтому он может свободно нести свойственные ему
Да, кстати, о возрасте. У нас все командиры были по 18-19 лет. Они в армии не больше полутора лет. И это неудивительно, так как всё, что нужно, это после курса молодого бойца пройти ещё один курс командиров. Так что уже через полгода можно быть полноценным командиром. Ирония в том, что мы-то все были старше, так как наш взвод состоял целиком и полностью из «академических тиронов». Но это так, к слову.
У тиронов существует особый вид спорта: ловить улыбки командиров. У нас это было совсем не сложно. Почти весь наш командирский состав состоял из девушек (забавно, правда?), а они были чувственные и мягкие. Учитывая, что даже чёрствый человек с железной серьёзностью не способен командовать в армии без смеха, наши командирши хохотали частенько. Их задача была скрыть это, вовремя отвернувшись, а наша – успеть заметить. Вот так и игрались.
По идее, командиры должны кричать на солдат. Так принято, и это считается очень важным элементом при подготовке настоящего солдата. Принято полагать, что дисциплины без крика не существует, а вот с криком – разумеется. Но израильтяне – народ добрый, поэтому всё время кричать они просто не могут. Поэтому был найден компромисс. Кричать будут, но только на курсе молодого бойца. А уж потом, когда тирон превратится в настоящего солдата, можно с ним и по-человечески поболтать. Мол, «Как жизня, чувак? Как семья? Может приказик выполнишь для меня, а? Я ж тебе, помнишь, пачку сигарет на халяву достал…»
Итак, в конце курса молодого бойца обычно проводится церемония сокращения distance. И уже назавтра те, кто орал на тебя три последних недели (а обычно даже больше, потому что курс в боевые войска длится месяцами), вежливо улыбаются. Исчезает куча формальностей, и армия ещё больше напоминает обычную работу.
Но у нас всё было несколько иначе с самого начала. Первый день на нас действительно все кричали. Но некоторых из нас, академических тиронов, это так расстроило, что мы обиделись. И тогда было решено, что кричать на нас больше не будут, а будут с нами разговаривать, как с людьми. И стало так. Ну некоторый distance, конечно, остался. Но ма-а-аленький такой. И смешной. Фраеры с других взводов жаловались, что у них не так было. У них командирами были злые мужики с каменными сердцами. Но это пусть они сами рассказывают.
Наши командирши были добрые. Одна даже была красивая. В неё кто-то из нашего взвода влюбился, но однажды увидел, как какой-то солдат выше его рангом (ну правильно, ниже тирона рангов вообще не бывает) приходил к ней в палатку, видимо, почитать Есенина и поговорить о вечном. Так что тирон этот ей так и не открылся. К тому же, она жила в другой части страны, а поездки – это очень накладно.
А жаль, девушка-то интересная была. Однажды она нам устроила сеанс релаксации. Прямо посреди стрельбища. Уложила всех солдат вокруг себя и начала медленно приговаривать: «Расслабьтесь… Закройте глаза… Подумайте о чём-нибудь приятном…» Ну и в таком духе. Помню, что лежащие вокруг меня люди решили, что вместо мыслей о приятном, лучше подремать, пока дают. Поэтому сеанс релаксации дополнялся их размеренным храпом.
Напоследок, должен вам сказать, что командиров лично мне было очень жалко. Ну посудите сами, они ведь ложатся спать после тиронов, а встают до тиронов. Это ж совсем поспать не выходит. Адский труд, честное слово…
Второй принцип, на котором держится дисциплина Израильской армии, гласит, что «Время в армии – это святое!». Вы скажете, что это противоречит тому, что я говорил в предыдущих частях об армейской пунктуальности. Никак нет! Совершенно не противоречит! Потому что не было приказа противоречить. А без приказа в армии… ну я уже говорил.
Итак, время в армии – это святое. И всё засекается по секундомеру. Поэтому если сказано заправить кровати и через 4 минуты построиться, значит так тому и быть. Опоздали на 0.29 секунды – плохо. Очень плохо. Практика показывает, что если уж опаздывать в армии, то намного. Это хорошо известно любому солдату, например, работнику столовой. Поэтому еда в столовой всегда задерживается где-то на полчаса. Но это нормально, ведь в столовой же тоже люди работают, у них бывают разные неувязки. Вообще говоря, ни одно мероприятие в армии никогда не начинается вовремя. О времени организаторы мероприятий, судя по всему, вообще не вспоминают. И это правильно, нечего вспоминать о нём всуе. Оно же святое, как никак.
Можно ещё много рассказать об армейской дисциплине, но общую идею вы, надеюсь, уловили. Поэтому пора закругляться. Как известно, именно благодаря армейской дисциплине считается, что в армии люди становятся взрослее. Отсюда легко понять, кто такой взрослый человек.
Взрослый человек – это человек, живущий по приказам вышестоящих, выполняющий эти приказы беспрекословно и без раздумий, пунктуальный в бесполезных мелочах и свободный от принятия каких-либо решений, касающихся своей жизни.
Так что желаю вам поскорее повзрослеть, мои дорогие, горячо любимые враги!
Комментариев нет:
Отправить комментарий