Берег

Это был обычный морской берег. Быть может, лишь чуть более пустынный чем другие. Быть может, чуть более тихий. Но омываемый тем же морем, согреваемый тем же солнцем. И небо было тем же, то грозно нависая над ним, а то ласково укрывая его своей синевой.

Когда-то была буря, теперь уж и не вспомнить когда. Большая волна накрыла тогда берег, и он почувствовал себя совсем маленьким и слабым. Мало кто рискнул прийти сюда в те дни. Это была поистине небывалая буря. А уходя, волна забрала с собой частичку его, оставив взамен множество морских камешков и ракушек. И камешки покрыли мягкий песок, которым всегда был окутан берег. А если приложить ракушку к уху, можно услышать отзвуки той волны.

И берег слышит. Он помнит. И тихонько ждёт. Ждёт новой бури, той, что принесёт ещё большую волну. Ведь только новая волна, приходя, сможет смыть эти камешки. А может быть, кто знает, из той глубины, где все волны сливаются воедино, она вернёт ему частичку потерянного, теперь уж и не вспомнить когда...

О ночной прогулке

 «Циник — это уставший романтик»Михаил Задорнов

Ночные прогулки в одиночку имеют свой собственный, ни с чем не сравнимый колорит. Это совсем не то же самое, что прогулка днём. Это не похоже на прогулку в компании друзей. Ничего общего с поездкой в автомобиле. Это совсем иначе.

Записки молодого бойца. Часть восьмая. Как я чуть не стал шовинистом.

Эта история приключилась в тот самый день, когда мы пошли дежурить в столовой. Надо вам сказать, что дежурство в столовой – это для тирона примерно как визит плаксы к стоматологу. День выполнения сего святого долга почти единогласно признан «чёрным», причём морально готовятся к нему уже заранее. Но, как это обычно и бывает с такими днями, рано или поздно они всё же наступают.

В нашем взводе такой день был только один, что очень хорошо. Помните тех фраеров, которые не задержались в военкомате, как я? Им посчастливилось дежурить два дня. Что ж, зато теперь они лучше готовы к семейной жизни…

Записки молодого бойца. Часть седьмая. Арифметика на стрельбище.

В целом ничего занимательного на стрельбище нету. Ну пришли рано, ну постреляли лёжа, постреляли сидя, постреляли стоя... Скучно всё это. Я бы ни за что не стал писать про стрельбища, если бы не командирша нашей дивизии. Она, как птица Говорун, отличалась умом и сообразительностью. От умных и сообразительных. Ну ладно, ладно! Пошутил я, никого не хотел обидеть.

Записки молодого бойца. Часть шестая. Техника безопасности.

Вопрос безопасности для армии актуален как ни для кого другого. Ведь у всех остальных есть армия, которая их защищает, и потому они находятся в безопасности. И только у армии нет никого, кто бы её защитил!

Записки молодого бойца. Часть пятая. Друзы.

Друзы - это часть арабского народа, которая в 11-м веке сказала, что ислам - это не круто. И выдумала себе свою религию, друзскую. Стать друзом никак нельзя, религия передаётся только по наследству. Из основных моментов стоит отметить, что как и в исламе, свинину есть запрещено. Поэтому мне совершенно не жалко, что друзом стать нельзя.

Религия эта тайная. Настолько, что сами друзы о ней ничего не знают, кроме того, что она есть, она не ислам, и она тайная. С этим связан один забавный случай, произошедший в нашем взводе.

Записки молодого бойца. Часть четвёртая. Дисциплина.

Мда… дисциплина в армии – это штука важная. Куда ж армия и без дисциплины? Израильская армия – не исключение. Существует несколько принципов, на которых базируются отношения тирона с командованием.